Большие патриархальные семейства — важная часть моей жизни. В семье моей матери было девять детей: две девочки и семь мальчиков. В дальнейшем пятеро стали солдатами, один — моряком, а Гарри, отрезанный ломоть, перебрался в провинцию Илорин в Нигерии (и выпустил о ней официальный географический справочник). Первая мировая уничтожила этих славных парней если не физически, то морально.

Родня моего отца, Флеминги из Данди, оказались более жизнестойкими. Они тоже пострадали во время Первой мировой, но когда погиб мой дед, его молодая вдова Ева проявила и силу, и решительность. Она осталась одна с четырьмя сыновьями («блестящими мальчиками», как их называл Огастес Джон), а в 1926 году родила еще и дочь Амариллис. Майкл, младший сын, погиб во Второй мировой. Оставшиеся три мальчика и Амариллис были примечательны каждый по-своему. Вот эти мальчики, на снимках, сделанных в один и тот же день, году в 1942-м, когда они все одновременно приехали домой на побывку.

© 2011 James Fleming - Damnable Iron

Ян (1908-1964), журналист и писатель, создатель Джеймса Бонда.

Питер (1907-1971), путешественник и писатель. Две самые известные его книги, «Бразильские приключения» (Brazilian Adventure,1933) и «Новости из Тартарии» (News from Tartary,1936), постоянно переиздавались со дня их первой публикации.

Ричард (1910-1977), мой отец, человек настолько скромный и непритязательный, что немногие признали бы в нем одного из самых компетентных банкиров своего времени.

Амариллис (1926-1999), виолончелистка, учитель, буддистка и женщина, любимая многими.

У моих родителей тоже было девять детей: шесть мальчиков и три девочки. Я родился в 1944 году — четвертым, вслед за Дэниэлом (который умер в младенчестве) и двумя сестрами.

Мое обучение началось дома под руководством мисс Мэлинс, гувернантки — мы делили ее внимание с соседскими детьми. Орудием ее власти был толстый синий карандаш, которым она тыкала нам под ребра, если мы, к примеру, колебались и не могли назвать сослагательное наклонение глагола pouvoir. В итоге колебаться мы отучились. К восьми годам, когда меня отправили в интернат, у меня были большие преимущества. А благодаря прекрасному образованию, полученному в Эбберли, я ими располагал и дальше. Однако (кстати, английский ботаник Томас Гейдж считал это слово одним из самых зловещих) позднее все пошло не столь радужно. Я только чудом поступил в Оксфорд и чудом же оказался вторым на экзамене по современной истории. Таким, как я, была одна дорога — в бухгалтерское дело, и я устроился клерком-стажером с заработной платой 600 фунтов в год.

Именно этому периоду своей жизни я весьма обязан. Хотя бы потому, что одна из фирм, чьи счета я небрежно проглядывал, наняла на работу почтенного бухгалтера из Глазго по фамилии Дойг (для юноши вроде меня, разумеется, он был мистером Дойгом). Тридцать лет спустя я наделил этой фамилией рассказчика и героя моих книг о России. В романе я подарил ему жизнь куда интереснее той, что он вел на самом деле; надеюсь, это можно расценивать как благодарность.

Сдав наконец экзамены, я бросил бухгалтерию и в 30 с небольшим начал собственное издательское дело, женился и обзавелся детьми.

Краткая история этих лет гласит, что двадцати четырех часов в сутках недостаточно. Когда мне стукнуло пятьдесят, мой брак неожиданно распался, появилось свободное время, и я начал работу над первой книгой, которая называлась «Храм оптимизма» (The Temple of Optimism).

«Флеминг создал головокружительно яркую книгу…»

(Дэвид Робсон, Sunday Telegraph)

Биография

Об этих Флемингах написано изрядное количество книг.

James Fleming фотографию © Francesco Cincotta

JAMES FLEMING

JAMES FLEMING

AUTHOR

AUTHOR

«Чувствуется рука мастера!»  The Sunday Telegraph